Колхоз «Большевик»: воспоминания людей – о людях, море и рыбе

Автор: Либа Меллер (Корреспондент Латвийского радио 4 в Лиепае)

Накануне закрытия экспозиции «Лиепайскому порту — 320, Лиепайской СЭЗ — 20», в рамках которой прошло немало интересных встреч и лекций, Лиепайский музей решил устроить встречу под знаком «Большевика», сообщает портал Lsm.lv.

На встрече воспоминаниями делились последний председатель правления колхоза капитан Дайнис Энгелис, его бывший заместитель капитан Зиедонис Балчус, капитан Витаутс Вецвагарс и организатор культурной жизни колхоза и фестиваля «Jūras pērle» Майя Тамме. Пришли в основном люди, чья трудовая жизнь тоже была связана с колхозом «Большевик».

В начале встречи показали фильм Рижской киностудии (тогда — Рижской студии художественных и хронико-документальных фильмов) о колхозе «Большевик», снятый в 1951 году.

История рыболовецкого коллективного хозяйства (то есть колхоза) «Большевик» началась 16 марта 1946 года, с создания «Лиепайской артели морского рыболовства». В 1948 году артель стала колхозом «Большевик». Сначала рыбаки ходили в море на трофейных немецких судах, их называли kocenieki. Буквально перевести не получается, но рыбаки явно были не слишком высокого мнения об этих суденышках. Несмотря на не самое лучшее техническое обеспечение, в 1951-м колхоз стал миллионером, позже — крупнейшим и богатейшим рыболовецким хозяйством в Латвии. Для обслуживания рыболовецких колхозов и имеющихся в их распоряжении судов были созданы так называемые Моторизованные рыболовецкие станции (МРС). Этот порядок существовал до 1959 года, когда система Управления МРС была ликвидирована: было сочтено, что она тормозит дальнейшее развитие рыболовецких колхозов, т.к. им невыгодно арендовать рыболовецкую технику. Поэтому с 1959 года рыболовецкие колхозы получили право приобретать суда и создавать свой рыболовецкий флот, а также базу по его ремонту и обслуживанию. В самые лучшие времена в колхозе «Большевик» было до 50 рыболовецких судов, а работало в нем до 2000 человек. В 1992 году рыболовецкий колхоз «Большевик» стал акционерным обществом Kursa.

А потом начались воспоминания. Капитан Зиедонис Балчус начал с фотографий — показал свою первую команду, с которой начал работать в 1971-м, колонну «Большевика» на первомайской демонстрации и себя — настоящего морского волка с седой шкиперской бородой и трубкой.

«Разных приключений было много… О самом интересном сейчас расскажу. Ловили мы здесь, в Балтийском море, ну и военные учения тут проходили, как обычно у военных было, со стрельбами. И вдруг с одного военного корабля сообщение — мол, помощь нужна. Ну, мы к ним поближе были, выбрали тралы, подошли.  Оказалось, что они во время учений торпеду потеряли!

И если ее не найти, то головы полетят. И чем я могу им помочь?! Они говорят, что пойдут впереди, курсом на большой корабль, где торпеда может быть, а я с тралом — сзади. Один раз прошли — ничего! Второй раз зашли — и попала эта торпеда в трал! В общем, фанфары, все счастливы. А меня просят на подлодку. И вручили нам за эту работу ящик с вином. Но это не всё. Спрашивают — мол, дома когда будете? Говорю, что через три дня. И прямо домой приехали эти военные, выразили благодарность за нашу великолепную работу, и вручили две трехлитровки спирта» — Зиедонис Балчус переждал хохот публики и продолжил. —«Если б они не получили обратно свою торпеду, у них были бы очень серьезные неприятности. Вообще, у наших берегов я дважды… Нет, три раза натыкался на торпеды. Вытащить мы их не могли».

Продолжил капитан Дайнис Энгелис. Для начала он сказал — мол, настоящий моряк в хорошем смысле ненормальный. В море на лов пошел — и вроде наловил достаточно, а хочется больше и больше…

«Так мы ж о треске заговорили! Скажу так: я все же два года был председателем правления, так что информации у меня было больше, чем у других. И в 1977-м эти наши маленькие суденышки выловили на Балтике 19,2 тысячи тонн трески. Это очень много! В 1987-м было 8 тысяч, а потом все меньше и меньше. Сегодня лимит латвийских рыбаков на лов в Балтийском море 2,5 тысячи тонн трески. Куда она подевалась? Мы же сами ее и изничтожили. Все ж тут ловили, рыбаки из всех стран Балтики!».

Потом стали вспоминать легендарных председателей колхоза, особенно Таливалдиса Фрицкауса. Между прочим, даже в недавней постановке Лиепайского театра «Да здравствует богема!» без этого капитана не обошлось. Стоит отметить, что колхоз-миллионер поддерживал и спорт, особенно футбол, и культуру…

Поговорили и о том,  что значит быть женой рыбака. «Ожидание» — вот ключевое слово. Жены постоянно ждали мужей с лова. А ведь многие уходили в море на полгода. День возвращения превращался в праздник. Время прихода примерно знали, но на причале были уже за несколько часов. Майя Тамме заметила, что судьба жены рыбака не самая радостная. Но есть и другая сторона медали — мол, как сказала одна из таких рыбацких жен: «Мы прожили 30 лет, но если б он не ходил в море, думаю, больше десяти б не выдержали!», – на что зал отреагировал смехом.

Майя Тамме рассказала и о своей работе. Ведь клуб «Большевика» играл большую роль в жизни всей Лиепаи, второго такого огромного зала в городе тогда не было. В советские времена практически в каждом богатом рыболовецком колхозе были свои ансамбли самодеятельности. Но только у «Большевика» уже в 1970 году был клуб на 1200 мест с трехъярусной трансформируемой сценой. Тогда же заведующая клубом Майя Тамме и предложила устраивать фестиваль «Jūras pērle» для многочисленных самодеятельных ансамблей рыбаков. От Лиепаи выступал эстрадный оркестр «Neptūns» (основан в 1962-м, а в начале 1980-х с новым составом стал рок-группой, в которой играли известнейшие музыканты). В 1971-м фестиваль «Jūras pērle» состоялся впервые и проводился каждые два года вплоть до 1990-го. Приезжали на фестиваль со всего Союза. Благодаря фестивалю создавались новые ансамбли, из которых вышли многие популярные сейчас музыканты.

«У нас были деньги, и на культуру их не жалели. Бегать, как сейчас, в поисках спонсоров, нам не надо было. И когда у меня появилась идея проведения фестиваля, я пошла к председателю и рассказала. Он ответил: «Если тебе надо, делай». Мне говорили: «Зачем тебе это? Зарплата у тебя больше не станет». Но мы это сделали, чуть что — говорила, что председатель мне разрешил», — вспоминала Майя Тамме. — «Скажу еще — наш Дом культуры был уникальным! У нас тогда было 1600 работников, и зал на 1200 мест».

Также бывший руководитель культурной жизни «Большевика» принялась рассказывать о шикарном клубе с паркетными полами, о том, как организовывали фестиваль «Jūras pērle», праздничных балах, лучших детских праздниках в городе, выставках, поэтических вечерах и прочем:

«Библиотека у нас была прекрасная, одна из самых больших в рыболовецких колхозах. А уже в наши времена, хорошо, что меня там не было, но как мне потом рассказывали, подъехал грузовик и все библиотечные книги через окно в него покидали. Кроме специальной литературы, ее отвезли в мореходку. Куда книги все делись — не знаю. Это было тяжело…», — вздохнула Тамме. И снова вернулась к рассказам о былом — балах для тех, «кому за 50», Днях рыбака, и другом… «Думаю, у нас была интересная жизнь! И я довольна годами, которые проработала в «Большевике», ведь я занималась тем, что мне нравится», — подытожила она под аплодисменты публики.

Зиедонис Балчус поделился своими воспоминаниями:

«Не скажу, что было трудно или плохо. Это были такие времена. По-разному бывало — и хорошее, и плохое. Но однозначно оценить — нет, не смогу. А мы, как рыбаки, боролись за улов, за море, за выживание. В море выходишь, всякое может случиться, а у тебя дети маленькие дома. С пограничниками проблемы серьезные были, да. Перед каждым выходом в море — разрешения и прочее. Сколько мы из-за этого времени теряли, ужас!»

На вопрос о сегодняшней ситуации и о квотах он выразил мнение, что ситуацию, конечно надо исправлять:

«Конечно, они (квоты) нужны, без сомнений! Ведь как мы будем жить у моря, если у нас не будет рыбы? В последнее время мы боремся, что надо развивать прибрежное рыболовство, надо что-то правительству с этим делать…»

В свою очередь Дайнис Энгелис так вспоминает былые времена:

«Это были хорошие времена. Мы были молоды, и это была наша жизнь. Мы жили, росли, надеялись… Да, мы были молоды, и жить было негде, и не было того и сего… И, в конце концов, в колхозные времена, я ходил в море. Зарплата председателя колхоза была 245 рублей. У инженеров — 120, у остальных — 110, 90, у кого как. И всем хватало. А когда мы шли в море, то были такие месяцы, когда по 4-5 тысяч зарабатывали. Но деньги некуда было девать, ничего ж было не достать! Даже по блату тоже ничего особенного было не достать. Разве что коньяк мы всегда пили хороший. Конечно, это воспоминания, и ностальгия тоже… Мне до сих пор минимум два-три раза в неделю снится море… А я с 90-го года в море не ходил. И всё равно…»

На вопрос, как ему кажется, что сегодня с рыболовством происходит, он пояснил:

«Да нет ничего хорошего, потому что ловить нечего! Лимиты каждый год уменьшаются, а те, что есть, едва вылавливают. И если про ту же треску говорить, думаю, что настанет момент, когда и вовсе ее выловят и она окажется в Красной книге. В море, где глубже 80-ти метров, там вообще мертвая зона. А треска там как раз нерестится. И ей не объяснить, что не надо туда идти, там всё погибнет. А какую мы треску когда-то ловили! (Капитан вскочил и показал рукой себе по грудь. Рыбины, судя по всему, были размером с хорошего лосося). Да, такая была треска, метра по полтора!

И другая проблема, даже несчастье — это бычки. Они же подъедают всё в местах нереста салаки, ей же ничего не остается! Слава богу, что они еще в озеро не заходят, в пресную воду. Плодятся бычки стремительно, и съедают всё, так что это настоящее несчастье для Балтики Море в крови и сердце у рыбаков остается навсегда, уж простите за пафос.

 

avatar
1009
1 Цепочка комментария
3 Ответы по цепочке
1 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
  Подписаться  
Уведомление о
Тимофей
Гость
Тимофей

У меня первый капитан был Карпов, я помощником капитана,получали в Клайпеде, с новостроя, МРТК 1099..До этого был третьим пом.капитана на “Очхомури”( уже введен из морского регистра и разрезан на металлолом)…И треска по 1,5 метра была, и зарплата в 125 рублей,и погранцы…и начальник отдела кадров Иванов…

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.