Девушка из Лиепаи нашла «умершего» брата в Швеции

Foto: DELFI

Более 20 лет тому назад латвийские чиновники разлучили Людмилу Иванюк с трехлетним братом. Мальчика усыновила семья из Швеции, а девочка, которой сказали, что он умер, осталась в Лиепайском детдоме. После двух десятилетий поисков, «отфутболивания» в Лиепае и отказа предоставить документы Людмила нашла Александра, об этом рассказывает портал DELFI.

Статья о том, что Людмила Иванюк ищет брата, с которым ее разлучили в Лиепае, вышла на портале DELFI 12 марта. Через два часа после публикации с ней на связь вышел человек, который предположил, что знает, где его можно найти. Еще неделя ушла на то, чтобы выйти на связь с Александром и его новыми родителями. Впереди — экспертиза ДНК, но уже сегодня ясно: Людмила действительно нашла родного человека, с которым ее разлучили в середине 1990-х.

20 лет поисков и латвийского «футбола»

Людмила Иванюк и ее брат Александр — из неблагополучной семьи. В 9 лет Люда попала в детдом, а от новорожденного Саши мать отказалась — врачи констатировали у ребенка серьезные проблемы с дыханием.

Сейчас на улице Апшу пустырь, а совсем недавно здесь стоял Дом ребенка, где Саша рос до трех лет. Foto: DELFI

Девочка успела пройти через обычный и семейный детдома, затем — уже в 2008 году — перебралась в Англию. Все эти годы она не знала, что произошло с братом: сначала ей сказали, что Саша умер, но позже выяснилось, что его отдали на усыновление в Швецию. На этом следы брата терялись: представители латвийских госструктур не берут на себя ответственность за случившееся и утверждают, что в архивах информации о судьбе Саши нет. Ни Людмиле, ни порталу DELFI получить комментарии не удалось.

Из года в год Людмилу «футболили», закрывая перед носом дверь. Только сейчас, когда брата удалось найти, она узнала, что он тоже искал свою биологическую семью и даже вместе с приемной матерью ездил в Лиепаю. Но и ему там никто не помог.

 

На расстоянии нескольких кликов

«Как только статья появилась в интернете, она попалась на глаза одному жителю Швеции. Он написал мне о шведской открытой системе личных данных. Он сам ввел в нее имя и дату рождения Саши, и система выдала одного человека с таким именем и такой же датой рождения. Он проживает в городке к северу от Стокгольма. Разумеется, фамилия уже была другой. Тогда я попробовала поискать этого человека через Facebook. Там были его фото, и я сразу поняла: это он. Внешность, черты лица… В нем все напоминало нашего покойного отца», — рассказывает Людмила.

Людмила была в шоке от того, что ее родной брат, которого она ищет третий десяток лет, находится, фактически, на расстоянии одного сообщения в соцсети. Но знает ли, откуда он родом? Знает ли, что он из Латвии, где у него есть сестра? Не приведет ли то, что он об этом узнает, к каким-нибудь нежелательным последствиям? Для начала Людмила решила найти его нынешних родителей.

«Сначала я написала всем с такой же фамилией, кто был в списке его друзей, — рассказывает Людмила. — Несколько человек мне ответили, что они просто однофамильцы. И лишь через пару дней на связь вышла женщина, которая устроила мне настоящий допрос: кто я и откуда. Я даже копию паспорта ей отправила. Она оказалась одной из его шведских родственниц. Всю нашу переписку она переслала Александру. Потом моя хорошая знакомая из Швеции вышла на связь с Сашей, и тогда я только узнала, что он в курсе истории своего усыновления. Я написала ему, и мы созвонились по видеосвязи. Это был очень эмоциональный момент. Через полчаса к нашему разговору присоединилась и его мама».

Сейчас Саше 24 года. Живет он в городе, немного напоминающем Лиепаю: море, порт, тишина. У него дружная семья, где его окружили заботой, где его любят и ценят.

Александр знал, что он родом из Лиепаи; знал, что там у него биологическая семья. Он знал, что маму зовут Лилией, отца — Андреем, сестру — Людой. «В год своего совершеннолетия он с приемными родителями приезжал в Лиепаю, чтобы нас найти. Они шли фактически по моим следам, заезжали в Дом ребенка на улице Апшу. Но там их никто не понял. Или не хотел понять — сказали, что не владеют английским языком. Так он и вернулся обратно в Швецию, решив, что он остался один», — говорит Людмила.

«Я рассказала ему о себе — что живу в Великобритании, делаю парики и грим для голливудских фильмов, — рассказывает Людмила. — Александр тоже очень креативен, он все еще ищет себя. Мы собираемся сдать кровь, чтобы окончательно во всем убедиться. Но уже и сейчас понятно, что эта история для нас решилась таким необычным финалом Я понимаю: останься он в Лиепае, жизнь была бы совсем другой. И, скорее всего, не самой лучшей. Но тут есть свои нюансы. Да, ему повезло, что он попал в очень хорошую семью. Но совершенно очевидно, что никакого контроля за тем, куда его забрали, никто не вел. И на связь с новой семьей никто из муниципальных органов не выходил. Правильно ли действовал сиротский суд?».

Тайна усыновления?

До сих пор не понятно, откуда взялась информация о том, что Александр умер еще в младенчестве. Второй вопрос: имели ли латвийские структуры право разлучать родных брата и сестру? Что предписывает та самая «тайна усыновления», на которую все эти годы ссылались лиепайские чиновники, отказываясь предоставлять Людмиле информацию об Александре?

В этом доме в Военном городке, по ул. Турайдес, 5 проживала семья Людмилы и Александра. Foto: DELFI

Порталу DELFI не удалось получить комментарий Сиротского суда в связи с этой историей. Согласно латвийскому законодательству, тайна усыновления запрещает разглашать данные об условиях усыновления ребенка, а также о его биологических родителях и семье, которая решила его адоптировать. Это требуется для того, чтобы защитить ребенка и его усыновителей от того, чтобы кто-то злонамеренно мог бы использовать факт усыновления с целью материальной наживы или причинения морального вреда.

«После звонка Александру я позвонила в Лиепайский сиротский суд. Они меня сразу же вспомнили. Я спросила, можем ли мы как-то еще до получения результатов ДНК получить документы, удостоверяющие наше родство. И получила ответ, что Александр бы тоже не получил никакой информации, так как он теперь гражданин другого государства и у него совсем другие паспортные данные», — рассказывает Людмила.

Но человек, достигший совершеннолетия, имеет полное право обратиться в сиротский суд и Государственный архив и получить информацию об условиях усыновления и своих биологических родителях. Согласие усыновителей при этом уже не требуется.

Портал Delfi благодарит за содействие при подготовке материала новостной портал InfoLiepaja.lv

Источник: Rus.delfi.lv, Автор: Диана Чучкова

 

avatar
1009
  Подписаться  
Уведомление о

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.