“Ловись, рыбка, большая и маленькая…”

“Главное – теплей оденься. И во что не жалко: на борту рыба – везде!”

Толик Молоканов, капитан “Либавы”, зовёт меня в море. Ловить корюшку. Это летом у него паруса и романтики выше крыши, а в несезон – суровые рыбацкие будни. За десять лет всякое было: и ближе себе человека я не мог представить, и кошки чёрные пробегали между… Одно не менялось: Шкиперу я доверяю полностью. С ним я готов куда угодно, на чём угодно, только не проси меня бегать по вантам: я старенький и высоты боюсь. К чёрту драму, делов-то – пару часов прогуляться по штилю. Как ведь водится? Лучше жалеть о том, что сделал, чем потом кусать локти об упущенной возможности. Встречаемся в полвине девятого.

Это только навскидку боязно!

Раньше у Толика был “Айрис”. Тоже дредноут тот ещё, но там хоть рубка была и даже кубрик. Но случилось так, что они с Вилнисом, давним партнёром, развели бизнес по сторонам, взялся Молоканов за новое для себя дело. На другой уже лодке. Короче, приезжаем мы ранёхонько в “Курсу”, я начинаю жадно фоткать там, куда не всякий смертный просочится…

– Мы переоденемся пока, ты в конец причала иди, лодка там.

– Как называется хоть?

– Да никак. Игорь, ты это…Она точно там. Только вниз надо смотреть!

Эти уже с уловом. “Līva” ловит северней, у прибрежников сферы вляния поделены.

Девять утра. Не бог весть какая рань, но откуда-то ж возвращаются уже эти работяги.

А вот и “Либава”. Зимует, бедолага, с обломанной стеньгой…

Первый раз я очутился в море сопливым школьником на БПК “Славный”. Сейчас аббревиатура эта уже не вызывает трепета, да мало кто и вспомнит, что это – Большой Противолодочный Корабль. Поверьте, очень большой. Первым делом я на нём заблудился, но братцы-матросы отловили меня, препроводили на камбуз, накормили котлетами и сдали на руки папе-журналисту. Тогда я понял, что флот – это не страшно и кое-где даже хорошо.

Следующий раз за ворота меня вынесло на ТБшке “Даугавиетис”. Пять дней мужики ловили треску, а я, к тому времени ставший журналистом сам, усердно блевал за борт и строчил путевые заметки. Но успел понять главное: рыба из моря в тарелку не попадает сама и к людям в проолифенках надо относиться уважительно. С тех пор у меня своего рода комплекс неполноценности по отношению к рыбакам: они пашут в холоде и грязи, а ты тут помахиваешь себе объективом, да ещё и халявной рыбы утащишь с собой больше, нежели им заслуженно полагается. Так и в этот раз. Напряг некоторый чувствовал. Стеснялся. Пока Завадского не увидел!!!

Серёга, как же я рад был тебя видеть! При всём моём доверии к Молоканову, спокойствия добавилось многократно.

Сергей Завадский – это отдельная, как говорится, песня. Я недолюбливаю слово “дайвер”, но как иначе назвать человека, который под водой проводит больше времени, чем среди нас, смертных. Знает наперечёт все суда, затонувшие в радиусе сотен миль вокруг. Наткнувшись однажды на каком-то буржуйском кладоискательском форуме на сноску “ found and investigated by S.Zavadsky (LV)” я такую гордость почувствовал, будто лично ту баржу времён Второй мировой “нашёл и исследовал”.

И вот еще: людям, перегонявшим со мной “Либаву” из Петрозаводска, я прощаю все. Они – часть меня. А Серёга там был.

В проолифенке – это Андрис. Спокойный, молчаливый. Сказал бы – типичный латвийский рыбак, а ну как у него за плечами консерватория по классу фагота, у Толика на борту и не такое бывало…

Извини, дружище, я тебя не знаю совсем.

Толика, как я убедился, в государствах, имеющих выход к Балтийскому морю, представлять никому нет необходимости. Правда, о рыбацкой его ипостаси многие слышали только вскользь.

Ну что, на выход? Толик, бессовестный, идёт мимо фарватера – зелёному бую положено остаться слева. Обратно рулил уже я, только собрался срезать путь и пройти так же, как Шкипер, оторвавшись от сортировки улова, начальственно помахал рукой, мол, не, салага, всё должно быть по уму, держи левей и про створы на Южном молу не забудь, я всё вижу…

Рулить я люблю. Десять лет назад, почитай, всю Свирь на “Либаве” прошёл почти бессменно. Ну и Готланды всякие с Карлсхамнами. А вот потом уже, в 2012-м так позорно заблудился в тумане между Курессааре и Роей – вспоминать противно.

Южные ворота. Один из плюсов нынешней молокановской шаланды – не надо запрашивать у диспетчера вход-выход. Да и радио на борту всё равно нет. Спасательный круг и парочку жилетов я приметил, но в такую погоду за борт однозначно лучше не падать.

Фотографировать – а исключительно с такой целью я в эту авантюру и вписался – на лодчонке хлопотно. С камерой ли, без ли – у тебя должно быть три точки опоры. Всегда. Без вариантов. Штиль штилем, а пробежит за спиной лоцманский катер, подымет волну – и давай, дружок, считай доли секунды, за которые тебе нужно за что-то ухватиться. И радуйся, какой ты умный, раз догадался ремешок от “Кэнона” через шею перекинуть на всякий пожарный. (Это я пофантазировал сейчас, ничто на свете не заставит меня потерять эти три точки.) Так вот, надоело мне стоять, раскорячившись между аккумуляторным ящиком и навесом над двигателем – фоткать-то удобно, возвышаешься над всеми, как конная статуя, но холодно. Сполз я вниз, там закуток такой с полметра, досочка для присесть рядом с дизелем, относительно тепло. Вот и прикорнул я там, вздремнул даже…

Теперь представьте ощущения Шкипера. Сортирует он улов, поворачивает голову на корму:

– Ёлы-палы! Бобёр – где???

Ловится корюшка такой хитрой системой сетей, что сторонний человек сразу не врубится. Я и не пытался. Но Анатолий объяснил главное: улов в этот раз второстепенен, проблема в другом – всё стоит на десятках якорей, которые обозначены пенопластовыми буйками. По всем прогнозам, надвигается на нас мороз и основательный – километр от берега накроет льдом. А как потеплеет – унесут льдины на просторы Балтики и буйки, и якоря, и сети. Убыток не то, чтобы нешуточный – катастрофа! Поэтому якоря надо отыскать и фиговины пенопластовые с концов срезать. От греха. С рыбой будем разбираться потом…

Я всегда удивлялся, как это прибрежники свои вешки ухитряются найти, но там хоть дряхлые флажки на полметра торчат, а тут поди рассмотри кусок пенопласта, который без малого год в волнах бултыхается да ещё и чайки, оказывается, от него норовят отщипнуть. Ну да ладно, с якорями разобрались, пора и рыбой заняться.

Сети выстроены так, что корюшка, а равно треска, окунь и прочая морская шушера (про лосося, сказали, не писать), попав туда, выбраться уже не могут и в панике бегут дальше, пока не попадут в своего рода мешок. Где и дожидаются Толика с его матросами.

Вот на таких якорях всё и держится. Этот из старых, числившихся потерянными. Но раз наткнулись – грех не забрать.

Бедновато, но ничего не поделаешь.

Стенки сети идут не на одну сотню метров, но Толик знает, где поближе к мешку, или как он там правильно на их рыбацком языке, зацепиться и перевалить всё это хозяйство через борт. Затем двигатель глушится и мужики вручную подтягивают лодку к тому месту, где скапливается улов. Тогда останется, покряхтывая, перевалить добычу через планширь, развязать горловину и, словно дети, прыгать по колено в живом серебре, радостно умножая в уме полторы тонны на четыре евро за килограмм.

Так…Опять я что-то не то сказал.

Короче, так бывает далеко не всегда. Вот и в этот раз не оказалось там рыбы. Даже сети подняли не все – Молоканов счёл лишним горбатиться ради лишнего ящика. Раз на раз не приходится. А вчера, говорят, было очень даже внушительно. То-то с берега капитану названивали: ну как там, много льда под улов готовить, тонну везёшь?

“Не, пусто сегодня. Мы лучше в пятницу ещё выскочим.”

Передышка.

Ящик справа: вот ещё один такой же до краёв – и всё. Не судьба…

На всё про всё ушло четыре часа с хвостиком. Надышался морем вдоволь – два года за ворота не выходил. Тряхнул стариной – порулил три мили с лишним. Изрядный куль корюшки уволок в клюве. Парочку неплохих фоток сделал.

Чудесный денёк.

Спасибо, Толик!

P.S. Следующий раз – без меня! Знали бы вы, каково это – проветрить квартиру после такого количества жареной рыбы!

P.P.S. Вот за этими птичками, по большому счёту, и поехал…

Автор, фото: Игорь Бобров.

Оставить комментарий

avatar
1009
  Подписаться  
Уведомление о

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.